Лина Лапина - Татуировка[СИ]

В дверь забарабанили, и мне пришлось кое–как приподняться, чтобы выглянуть из–за кровати. Рвота прекратилась, и я встала, держась за одну из поддерживающих балдахин деревянную колонну. Мой взгляд упал на зеркало у стены, и я увидела свое отражение — бледное создание в белой ночной рубашке до пят, полностью забрызганной кровью, все еще стекающей по подбородку.

Входная дверь задрожала под новыми громовыми ударами, и от неожиданности я отскочила, споткнулась о подол ночнушки, и упала на пол, больно стукнувшись спиной об угол кровати. Вжавшись в угол между тумбой и стеной, дрожа всем телом, я ждала, когда дверь слетит с петель, и завизжала, когда это произошло.

Подсвеченный со спины, в проеме возник высокий широкоплечий силуэт. И хотя его лицо находилось в тени, я сразу же узнала в нем Марка. Он сделал шаг вперед, и лунный свет озарил мощную фигуру. Обнаженный мускулистый торс, облегающие джинсы на узких бедрах, стягивающие крепкие ноги. Лицо его находилось в полутени, но глаза сияли призрачными переливами фосфоресцирующего золота. Я осознала, что это не человек и даже не существо одной крови со мной. Марк возвышался надо мной словно гигантский колосс, и я взирала на него снизу вверх, как на изображение в сферической перспективе.

Он хищно оскалился и рассмеялся. Я дрожала от страха и холода и, кажется, плакала. Что–то горячее текло по моим щекам, затуманив глаза, и я лихорадочно обтерла лицо тыльной стороной ладони. Судорожный вздох вырвался из моей груди, когда в ту же секунду Марк упал на колени и выгнул спину, как дикий ощетинившийся зверь, готовый к нападению.

Я посмотрела на свою руку, которой вытерла потоки слез — она была в крови. Быстрый взгляд в зеркало подтвердил мою догадку — алые дорожки по щекам спускались до подбородка и капали в декольте, стекая в ложбинку между грудей, окрашивая тонкий материал ночной рубашки в цвет человеческой жизни.

Безумная радость пронзила все мое существо — я была по–настоящему жива! В моих жилах текла настоящая, горячая кровь.

— Марк! Я жива! — восторг лишил меня чувства страха, и я напрочь позабыла об опасности.

Я поднялась, медленно, глядя ему в глаза, стараясь уловить момент, когда он прыгнет, чтобы успеть уйти в сторону, и надеялась, что этого не произойдет. Тем не менее, улыбка расползлась на моем лице, я не могла ее сдержать.

Это подействовало на него дразнящей красной тряпкой и Марк, словно бык на корриде, встряхнул головой и, пригнувшись к полу, гортанно зарычал. Началось что–то необычное, когда кожа на его лице вмиг лопнула прямо посередине, между глаз, и, обливаясь прозрачной жидкостью, разошлась, выпуская на волю морду шакала.

От собственного визга у меня заложило уши. Я попятилась и упала на кровать, продолжая кричать на самой высокой частоте. Ужас мой усилился, когда его колени вывернулись в обратную сторону, и ноги превратились в лапы, все еще облаченные в мокрые джинсы, залитые подкожным секретом. Фигура чудовища оставалась человеческой, но конечности изменились до жути. Руки с гипертрофированными увеличившимися ладонями потянулись в моем направлении. Позвоночник выпирал из–под буроватой влажной кожи окостенелыми пластинками и горбатился еще больше оттого, что Марк полз ко мне.

— Что ты задумал? — кричала я, но голос не слушался и рот лишь беззвучно открывался. — Марк! Что ты делаешь?!

Мой страх подстегивал его интерес, и я увидела, как длинный алый язык высунулся из–за острых зубов жуткой пасти и, облизав губы, прищелкнул, выразив свой аппетит.

— Марк, прошу тебя, не надо! — я перебирала ногами, отползая к спинке кровати и с ужасом обнаруживая, что дальше отступать некуда. В ноздри проникло смердящее зловоние его дыхания, когда он приблизился вплотную, обдавая мое ледяное тело жаром своего. Вязкие слюни закапали на мой лоб, тварь склонилась, чтобы лизнуть мое лицо. От отвращения и страха я забилась в истерике, беззвучно плача и крича.

Чудовище наслаждалось длительным блаженством своего превосходства, и поднялось, оставшись стоять на изувеченных коленях надо мной. Сжав мощные пальцы в кулаки, с душераздирающим воплем он возвысил страшную морду к потолку.

Буквально в эту секунду, словно разбуженная воем твари, я свалилась с кровати, оттолкнувшись ступнями от его стального торса. Одного чудесного мига хватило, чтобы я оказалась на полу, ушибленная, но обезумевшая в стремлении сбежать.

Кое как поднявшись на дрожащие ноги, я заковыляла к входной двери, которая заманчиво чернела открытым выходом. Оглянуться было ошибкой. Чудовище метнуло горящий взгляд на ускользающую добычу и резким прыжком настигло меня, запрыгнув со спины.

— Нет, Марк! Пожалуйста! — я была все так же нема.

Он прижал меня к полу, и я оказалась зажатой лицом вниз. Марк разорвал ночную рубашку на спине, и я почувствовала его язык на своей коже, лизнувший так, будто он пытался наждачной бумагой содрать Татуировку.

— Нет!!! — кричала я что есть мочи в тишину, отбрыкиваясь, пытаясь отползти в сторону, прочь, куда угодно, лишь бы сбросить тушу зверечеловека со своего тела. Сил хватило лишь на то, чтобы приподнять голову и разглядеть в зеркале разверзшуюся пасть с зубами–кинжалами над моей обнаженной спиной, истекающую слюной и собирающуюся вгрызться в проклятую Татуировку. Мгновение, вспышка…

Я снова проснулась! В холодном поту, я дрожала от озноба. Что за ерунда?! Мне приснилось, будто я спала. Этот лихорадочный бред заставил мой пульс зашкалить, и я не могла отдышаться. Было страшно как никогда, и хотя я знала, что это лишь кошмар, не могла заставить себя сдержать слезы.

Стук в дверь отвлек меня, от неожиданности я закусила губу и сжалась всем телом. Что если это все еще сон?

— Нет, нет, нет, нет, — я мотала головой, укрываясь влажным от пота одеялом все выше и выше, до самого подбородка, пока стук не стал громким и настойчивым.

— Нет! — закричала я, вскакивая с кровати, отбегая к окну. Оно оказалось заперто, и как ни пыталась я распахнуть застывшие ставни, старое дерево не поддавалась. Только луна насмешливо светила в мутные стекла.

Стук прекратился, и я медленно повернулась. Сглотнув ком в горле, и отерев покрывшийся испариной лоб, я осторожно прокралась к двери. Отлично понимая, что не стоит сейчас трогать ручку, я, тем не менее, протянула к ней дрожащие пальцы, и глубоко вздохнув, резко провернула ее, отворяя дверь.

В проеме стоял он — лорд–вампир, поражающий своей утонченной мужественной красотой. Распущенные по плечам волны цвета лесного каштана, спускающиеся в распахнутую на груди шелковую старинную рубашку с жабо. Теплый выразительный взгляд омутов глаз, трепещущие ноздри, приоткрытые полные губы кораллового оттенка, часто вздымающаяся грудь…